Добро пожаловать на форум War of The Roses. Сюжет игры разворачивается в средневековой Англии XV века, главенствующую роль в котором играет гражданская война между домами Йорк и Ланкастер, вошедшая в историю как Война Алой и Белой Розы. Основная ветвь сюжета начинается с января 1471 года, перед высадкой Эдуарда IV и повторного и окончательного свержения дома Ланкастер. Всё, что будет происходить дальше, целиком и полностью зависит от игроков. Несмотря на то, что мы стараемся придерживаться историчности в предыстории, для удобства игры присутствуют те или иные отступления от канона, как и дополнения - к примеру, наличие мистики (умеренной магии).
Рейтинг игры: 17+
Мастеринг: по требованию.
Система игры: эпизодическая.
Дата: январь-февраль 1471
Дата в игре переводится по мере необходимости.
Cюжетные квесты:
Раз пал король — изменники в чести - совет Ланкастеров и решение относительно тайного приказа королевы Маргариты.
Победа любит подготовку - военный совет Йорков и план по возвращению в Англию.
Последние события в игре:
Встреча Эдмунда Бофорта и Анны Плантагенет в Вестминстерском аббатстве и разговор о поставках провизии, а также предложение короля о переезде королевы Елизаветы Вудвилл в Графтон. Читать квест.

Последние новости форума:
Отсутствуют на данный момент.


Через четверть часа мерные шаги Эдуарда сливались с шумом суеты Вестминстерского дворца, который всегда походил на настоящий улей или муравейник. Было приятно осознавать, что за время его отсутствия хоть это-то не изменилось...
Ссылка на пост - Edward of Westminster
Edmund Beaufort - Ланкастеры, военное дело и историческая достоверность.
Anne Plantagenet - Йорки, культура и средневековый быт.

War of The Roses

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » War of The Roses » Настоящее время » Победа любит подготовку


Победа любит подготовку

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Победа любит подготовку

http://sh.uploads.ru/HROqt.gif

http://sh.uploads.ru/McpAv.gif

http://s7.uploads.ru/EkZnV.gif

Бургундское герцогство, Дижон, 10 января 1471

Thomas Grey, Richard Plantagenet, Margaret Plantagenet


Несколько месяцев, проведенных в изгнании, наконец, дают свои плоды: герцог Карл Смелый соглашается помочь своему шурину, королю Эдуарду IV, вернуть английский трон. Однако убедить Его Светлость - это лишь самое малое из того, что нужно было сделать. Теперь тем, кто остаётся верен Йоркам даже в столь плачевных обстоятельствах, необходимо продумать самое главное: что делать дальше и каким образом вернуть английскую корону, когда враг уже несколько месяцев находится в столице Англии, почитая себя полноправным правителем всего королевства.

Отредактировано Thomas Grey (11 января, 2018г. 17:47:16)

+4

2

Почти четыре месяца, проведенных в Бургундии, для Грея, по сути, были ничем не наполнены, кроме тоски и тревоги за тех, кто оставался в Англии. Всё это время шли переговоры с герцогом Карлом, в которых Томас играл весьма косвенную роль, а точнее - вообще никакой не играл. Задача убедить герцога выделить помощь своему шурину в большей мере легла на плечи самого Эдуарда и его сестры. Руку к будущему союзу приложил и граф Сен-Поль, родной брат бабушки Томаса, некогда близкий друг будущего Людовика XI, а нынче - союзник герцога Бургундского. Сам же барон Эстли лишь наблюдал со стороны, как Карл долго и упорно не соглашался вступать в союз с королём Йорков. В коридорах его замка придворные передавали сплетни о раздраженности герцога, о его неприязни к своему родственнику, даже как-то раз кто-то обмолвился, что и к супруге своей Карл стал относиться с холодом, считая теперь брак с ней династически невыгодным, коль Эдуард потерял свою корону. До семейных отношений внутри герцогской четы Томасу особого дела не было, а вот упрямство Карла, не желавшего помочь вернуть своему браку эту самую ценность, казалось барону до смешного странным, если не сказать глупым. Неужели личная неприязнь к Эдуарду, чем бы она ни была продиктована, перевешивала все остальные причины всё же помочь ему вернуться в Англию и вновь разбить армию Ланкастеров? Оказалось, что всё же нет: противостояние с французами было важнее, чем нелюбовь к шурину. 4 января только что начавшегося 1471 года, наконец, изгнанники из Англии получили окончательный ответ - герцог Бургундский предоставит свою помощь шурину.

Тут же начались первые действия и обсуждения, сторонники Йорков, вероятно, начавшие уже терять всякую надежду вернуться вскоре в Англию, стали готовиться к столь желанной высадке. Король Эдуард раздавал приказы и поручения, но самое главное решение ещё было не принято. Его отчим Томаса в одиночку никак принять не мог. Нужно было, оценив приобретенное в союзе с Карлом, решить, как действовать дальше. В этот момент Томас ощутил, что бесполезное его существование в бургундских землях вот-вот может прекратиться. Вместе с прочими особо приближенными к Эдуарду людьми, барон занял своё место в просторной зале, где Его Величество собрал так называемый военный совет.

Сухие приветствия, краткие фразы о целях сего собрания - всё это осталось уже позади, открывая разговор о насущном. Первым говорил, естественно, король:
- Насколько нам известно, Маргарита, жена узурпатора, всё ещё находится во Франции, но тоже готовится к высадке в Англии, чтобы соединить свои силы с силами предателя Уорика, - не менее вымотанный ожиданием за эти месяцы, чем его окружение, Эдуард не жалел ярких слов для тех, кто отобрал его трон. - Нам нужно не позволит ей это сделать. Как не позволит изменникам заручиться поддержкой тех, кто остаётся в Англии. Мы должны точно знать, на чью поддержку можно безоговорочно рассчитывать. Герцог Саффолк, супруг нашей любезной сестры Елизаветы, и северные лорды всё ещё должны сохранять нам верность. Однако, если мы будем слишком медлить, это не сыграет большой роли. Нужно решать, когда и где нам лучше всего высадиться, чтобы не дать силам изменников соединиться и увеличиться, и при этом получить помощь своих верных подданных, - закончив говорить, Эдуард взялся за ножку своего кубка, обводя всех тяжёлым взглядом. Многие же остановили свой взгляд на герцоге Глостере, ожидая, что он, как брат короля и единственный английский герцог на этом совете, выскажется следующим. Кто-то смотрел на Маргариту, сестру короля, которая здесь представляла своего супруга, видимо, нашедшего предлог не занимать место рядом с не особо желанным союзником. Томас же ни на кого не смотрел, остановив свой взгляд на камине. Брать слово он не спешил, не рискуя опережать тех, чей боевой опыт был явно более богатый, чем у Грея, сражавшегося до сего момента лишь один раз.

+4

3

[indent]Тишина, воцарившаяся в зале после того, как замолчал Эдуард, сделалась почти осязаемой, когда Ричард наконец соизволил оторвать взгляд от сцепленных в замок пальцев и медленно оглядеться вокруг. Семья. Друзья. Союзники. Ни то, ни другое, ни даже третье не было представлено здесь в полной мере, но в том положении, в котором оказался Его Величество, выбирать не приходится. Равно как и привередничать. Ни ему, ни тем, кто сохранил верность королю и Йоркам. Пожалуй, Ричард должен был испытывать благодарность и почти братскую приязнь ко всем без исключения людям, внимающим Эдуарду, однако вместо этого младший брат короля испытывал…
[indent]…ничего. Звенящее, словно тишина, окружившая его со всех сторон и мешающая вдохнуть полной грудью. Пожалуй, эти четыре месяца, проведённые в Бургундии, вполне могли сойти за четыре года вынужденного бездействия в то время, как враг укреплял позиции в их столице. И как это сказалось на нём, на Ричарде Глостерском? Неужто сделало слабым, поколебав уверенность не только в собственных силах, но и в собственной правоте, раз теперь Его Светлость молчит, словно воды в рот набрав? Ну, разумеется, нет. Слишком много мыслей и планов (подчас даже невероятных и заведомо невыполнимых) было продумано им и выстроено, а после – стёрто и переписано наново… Слишком много, чтобы теперь, когда настало время остановить выбор на чём-то одном, он мог это сделать.
[indent]Только вот «мог» и «должен» даже звучат по-разному, а уж смысл у этих слов порой диаметрально противоположен друг другу. И хоть Ричард сильнее прочих любил тишину, находя в ней куда больше плюсов, нежели минусов, здесь и сейчас она определённо была лишней.
[indent]- Южное побережье, – собственный голос прозвучал куда ярче, чем думалось Ричарду, не меньше брата измотанному переговорами и вынужденным бездействием. - Быть может, Исборн или Гастингс. Но точно не Дувр, даже если на востоке Англии будут нам рады. - «И, что важнее, не обрадуются Маргарите». Последнюю фразу Его Светлость так и не произнёс. Отчасти из-за её очевидности – слишком нелепой, чтобы простить даже столь молодому военачальнику, каким он был в глазах большинства (если не всех) собравшихся. Но главное потому, что радость радостью, однако много ли она стоит, не подкреплённая сталью и верностью? Той самой верностью, в которой Ричарду, вообще-то, полагается быть уверенным. Вот только четыре года (или четыре месяца?) – слишком большой срок, чтобы столь хрупкая материя, какую представляет из себя уверенность, уцелела.
[indent]Ричард не был моряком (строго говоря, даже давние прогулки по Темзе, преисполненные размеренности и чинного спокойствия, не вызывали в нём ничего, кроме дурноты), чтобы с уверенностью рассказать об особенностях портов или течении, которое то ли будет сопутствовать их возвращению домой, то ли – напротив, но честно старался восполнить пробелы в знаниях. Герцог Глостер вообще терпеть не мог пробелы, полагая их своими личными врагами. А как принято поступать с врагами, если ты мужчина? Вот то-то же и оно. Даже если от обилия знаний голова тяжелеет, а в глаза как будто песку насыпали. Исборн или Гастингс? Гастингс или… чёрт его знает.
[indent]- Высадившись на юге раньше Маргариты, мы отрежем ей путь к Лондону даже в том случае, если она предпочтёт Дувр. – План, требующий скорости и собранности, далеко не самый худший план среди всех, не так ли? Так, если, конечно, исключить в нём пару-тройку переменных. А что в нынешним мире более зыбко, нежели верность? - Герцог Саффолк и северные лорды… не поймите превратно, я не хочу сомневаться в их преданности Вашему Величеству, – короткий кивок в сторону брата, который уже готов хмуриться. Или не готов, приберегая собственное решение (которое наверняка уже имелось, иначе Эдуард не был бы Эдуардом) напоследок? - Однако, не помешало бы подкрепить эту уверенность частной встречей… рядом частных встреч. – Безумие? Ещё большим безумием будет высаживаться в Англии, полагаясь лишь на предположения и домыслы. Армия герцога Бургундии – несомненно, штука хорошая, но если за Англию не будут биться англичане, эту войну не следует и начинать. Потому как – не выиграть.
[indent]Однако, вместе с тем, «визит» в Англию может стать билетом в один конец для всякого, кто не присягал Алой Розе. Именно поэтому Ричард не раскрывал бы рта, если бы не намеревался предложить на эту роль себя. Не потому, что мнил собственную персону бессмертной, неприкасаемой или же уповал на любовь брата, который не тронет его, если план вдруг пойдёт крахом. Нет, Джордж предал не только Эдуарда, но и самого Ричарда, отказавшись от Йорков и перейдя на сторону врага ради… чего, кстати, ради? Власти? Мести? Жажды величия, пусть бы и в чужой тени? Лишь Господу ведомо, что там творится в голове у Джорджа. Пожалуй, даже если бы одному из младших братьев короля предоставили возможность задать этот вопрос другому прямо здесь и сейчас, Ричард и то не стал бы. У предательства не бывает ни причины, ни оправдания.
[indent]Зато какой-никакой смысл за ним порою водится. А за кузеном Уорвиком и подавно. Как знать, быть может, в случае провала одной миссии удастся не провалить другую, достучавшись до кузена и посулив ему нечто большее, что уже пообещали Маргарита и её бастард? В конце концов, Ричарду Уорвику не впервой предавать. И, как бы не претила Ричарду, герцогу Глостеру, эта мысль: предательству всегда можно подобрать иное имя. Если цели у него правые.
[indent]«Милостивые небеса, если это – политика, уберегите меня от неё,» – подумал Ричард, в глубине души сознавая, что просьба его запоздала лет этак на десять, и с трудом сдерживая гримасу отвращения, дабы никто не решил, будто она имеет хоть какое-то отношение к его словам, произнесённым следом.
[indent]- Я готов отправиться прямо сейчас. Месяц, быть может, полтора, и Вы получите подтверждение или опровержение своих догадок. – Ну или же голову. Его, Ричарда, самонадеянную голову в смоле. Нет, подтверждение всё же лучше.

+4


Вы здесь » War of The Roses » Настоящее время » Победа любит подготовку


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC